Взглянув на Нее, смерть убоялась…: Три похвальных слова на Успение Богоматери прп. Иоанна Дамаскина

1. Нет такого человека, который бы смог по достоинству восхвалить священный исход Богоматери, даже если б он имел десятки тысяч языков и уст; и даже если бы объединились все языки рассеянных по множеству мест людей, они не обрели бы должных похвальных слов; ведь Она превосходит всякую меру хвалений.

Но поскольку Богу приятно то, что по мере сил приносится [нами] от любви, усердия и благого произволения, а Божьей Матери приятно то, что любезно и желанно Ее Сыну, то давайте вновь обратимся к похвалам, повинуясь вашим повелениям, о, наилучшие и боголюбезнейшие из пастырей, призывая помощником из Нее воплотившееся Слово, Которое наполняет всякие уста, к Нему отверзаемые, [Слово], Которое было для Нее единственным украшением и всеславной похвалой. Ибо мы знаем, что, начиная похвалы, мы уплачиваем долг, а уплатив его, вновь оказываемся должны, так что долг этот всегда возобновляется и конца не имеет.

Да будет милостива к нам Та, Которую воспеваем, Превысшая всех тварей и Владычица всех созданий, ибо Она есть Матерь Бога – Творца, Создателя и Владыки всех. Простите [меня] и вы, собрание любящих божественные глаголы, примите благое намерение, приветствуйте усердие, но с сочувствием отнеситесь к слабости [моего] слова.

Ведь если кто-нибудь [придет] к самодержцу, которому по воле Божией вручено кормило [правления] над соотечественниками, у которого стол всегда накрыт и изобилует разнообразными яствами, а дворец сладостно благоухает драгоценными ароматами, и принесет ему зимней порой фиалку, подходящую по цвету к багрянице, или розу – благовоннейшую отрасль терна, которая имеет зеленые почки и производит из них двухцветный, становящийся мало-помалу к зрелости красным [цветок], а ко времени сбора – плод, сладчайший, как мед, то [царь] обратит внимание не на незначительность дара, а на его необычность, и удивится красоте цветка, и, будучи хорошим судьей и истинным ценителем, воздаст земледельцу дарами и милостями – так и мы, принося в непогоду Царице цветы речей, напрягая наше немощное слово для состязаний в похвалах [Богоматери] и доставляя вам, любителям речи и слушания, некую слабую искру, возникающую, как от трения железа о камень, от любви и разума, или [некое] молодое вино слов, [образовавшееся] как от выдавливания незрелого винограда, из рождающего речь разума, да будем выслушаны еще более благосклонно.

Ибо что мы можем принести Матери Слова, кроме слова? Подобное радуется подобному, в особенности дорогому для него. Посему, оставив, наконец, позади преграду, сдерживающую слова, и немного ослабив вожжи, отправим нашу речь в путь как некоего коня.

Но будь мне Сам, Слово Божие, помощником, даруй слово моему безсловесному уму, словом [Твоим] соделай ровной мою стезю и направь мой путь к благоугождению Тебе, к чему стремится всякое слово и мысль мудрого.

2. Сегодня в премирный и небесный храм приводится [Та] святая и единственная Дева, Которая так возжелала девства, что в Ней, словно в некоем чистейшем пламени, получило свое полное выражение. Ведь всякая дева, рождая, нарушает девство. Она же и до Рождества и в Рождестве и после Рождества пребывает Девой. Сегодня священный и одушевленный ковчег Живого Бога – Та, Которая носила во чреве Своего Создателя, – упокоивается в нерукотворном храме Господнем (Пс. 131:3); и играет Давид, Ее праотец и богоотец, вместе с ним составляют хор Ангелы, рукоплещут Архангелы, славят Силы, ликовствуют Начала, веселятся Власти, радуются Господства, празднуют Престолы, воспевают Херувимы и славословят Серафимы; ибо сами они тем всего более прославляются, что воздают славу Матери Славы.

Сегодня священнейшая голубица, непорочная и незлобливая душа, освященная Божественным Духом, вылетев из ковчега, то есть из богоприемного и живоначального тела, нашла «место покоя для ног Своих» (Быт. 8:8–9), удалившись в мир мысленный и сотворив Себе жилище в нескверной земле [небесного] удела.

Сегодня Эдем нового Адама принимает словесный рай, в котором упразднено осуждение, в котором произросло древо жизни, в котором покрыта наша нагота (Быт. 2:8–9). Ведь мы уже более не наги и не лишены одежд, как не носящие светлости Божественного образа и отчужденные от изобильной благодати Духа. И не скажем мы уже, оплакивая древнюю наготу: «Я скинула хитон мой; как же мне опять одевать его?» (Песн. 5:3).

В этот рай не имел лазейки змей, устремившись за ложным обожением которого, мы уподобились безсмысленным скотам.

Сам единородный Сын Божий, будучи Богом и единосущным Отцу, соделал Себя человеком из этой девственной и чистой утробы – и я, человек, обожился, смертный стал безсмертным и снял кожаные одежды (Быт. 3:21). Ибо я совлек с себя тление и одеждой Божества имею на себе нетление.

Сегодня Дева непорочная и незнакомая с земными страстями, возрастая в помышлениях о небесном, не в землю отходит, но, как ставшая поистине одушевленным небом, поселяется в небесных жилищах.

Разве погрешим против истины, называя Ее небом, если не сказать, заручившись подлинным знанием, что и над небесами Она несравненно возвышается. Ведь Создатель и Содержатель небес, Измыслитель всего мирного и премирного, видимого и невидимого творения, – для Которого ни одно из всех мест не является местом (если определить «место» как то, что объемлет в себе находящееся), – в Ней безсеменно Самого Себя соделал младенцем и явил Ее просторным вместилищем Своего все наполняющего и единого неописуемого Божества. Он весь безстрастно в Ней сокрылся, весь же пребывая вне [Ее] и Самого Себя имея местом безпредельным.

Сегодня сокровище жизни, бездна благодати – не знаю, как сказать это дерзновенными и безтрепетными устами, – покрывается живоносной смертью и безбоязненно приступает к ней Та, Которая в чреве носила Ниспровержителя смерти, если вообще допустимо именовать смертью всесвященное и животворное Ее отшествие.

В самом деле, как могла стать подвластной смерти Излившая на всех истинную жизнь? Но Она подчиняется законоположению Рожденного Ею, как дочь ветхого Адама подпадает под ответственность отца, ибо и Сын Ее, Который есть сама Жизнь, не отверг этого закона. Однако, как ставшая Матерью Бога Живого, Она по достоинству к Нему переносится.

Ведь если сказал Бог: «Как бы не простер он [первозданный человек] руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно» (Быт. 3:22), – то как же не будет жить в безконечной вечности Та, Которая восприняла саму Жизнь, безначальную и неперестающую, не ограниченную ни началом, ни концом.

3. В древности Господь Бог, изгнав, заставил удалиться из Эдемского рая родоначальников [всех] смертных, злоупотребивших вином преслушания, помрачивших око сердца опьянением преступления, отяготивших похмельем греха глаза разума и уснувших сном смерти. Так неужели Он не примет ныне в рай Отряхнувшую [от Себя] прилог всякой страсти, Произведшую дитя послушания Богу и Отцу и Положившую начало жизни для всего рода [человеческого]?

Неужели небо не отверзет, радуясь, [свои] врата? Конечно же, да. Ведь Ева, доверившая слух вести змея, внявшая совету врага и разнежившая чувство прилогом ложной сладости, приемлет наказание скорби и страдания, обязывается родовыми муками, осуждается на смерть вместе с Адамом и поселяется в глубинах ада.

Но как поглотит смерть эту поистине всеблаженнейшую, склонившую слух ко слову Божию, ставшую непраздной действием [Святого] Духа, имевшую во чреве, по слову Архангела, [Само] Отчее Благоволение, зачавшую без наслаждения и общения с мужем все наполняющую Ипостась Бога Слова, родившую без обычных родовых мук и полностью соединившуюся с Богом? Как примет Ее внутрь себя ад? Как нетление посягнет на живоприемное тело? Это совершенно несоответственно и чуждо Ее богоносной душе и телу.

Взглянув на Нее, смерть убоялась, ибо от своего нападения на Сына Ее [смерть] опытом научилась и, стяжав уже [этот] опыт, стала благоразумнее. Невозможными для [Богоматери] явились страшные стези ада, но был Ей приготовлен прямой, ровный и легкий путь на небо.

Ибо если Христос, Который есть жизнь и истина (Ин. 14:6), говорит: «Где Я, там и слуга Мой будет» (Ин. 12:26), то не тем более ли Матерь [Его] вместе с Ним водворится. «Прежде нежели наступили боли», Она родила (Ис. 66:7), безболезненно и Ее отшествие. «Смерть грешников люта» (Пс. 33:22), но о Той, через Которую умерщвлено «жало…смерти – грех» (1Кор. 15:56), что скажем, как не то, [что для Нее смерть] есть начало жизни нескончаемой и лучшей? Поистине «дорогасмерть святых» (Пс. 115:6) Господа Бога сил; безмерно дорого преставление Божией Матери.

Ныне «да веселятся Небеса» и рукоплещут Ангелы; ныне «да торжествует земля» (Пс. 95:11), да радуются люди. Ныне воздух, ликуя, да вторит песнопениям, темная ночь да отложит печальный и горестный мрак и да уподобится радостно сиянию дня мерцающими огнями.

Ибо Живой город Господа Бога сил ввысь поднимается, и от храма Господа из славного Сиона в вышний свободный Иерусалим – цари, я имею в виду апостолов, которые стали у Христа начальниками по всей земле, приносят как многоцветнейший дар (Пс. 67:30) Матерь Бога приснодевственную.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *