С. Нилус. “Чудо св. великомученика Пантелеимона в Торопецкой уездной управе”.

Сегодня, перелистывая свою записную книж­ку, я напал на копию с постановления Торо­пецкой1 уездной земской управы, присланную мне одним боголюбцем в такое время, когда на родине моей, в Орловской губернии, ожидали холеры и для встречи этой страшной гостьи при­нимали все меры, указанные “наукой”.

Прочи­тал я постановление это и скорбно задумался: куда, в какую “страну далече” отошли мы, дети, от отцов наших?! Мыслимо ли теперь в любом из земских собраний постановление, по­добное нижеследующему, что постановили рус­ские люди Торопецкого земства?

Постановление это я выписываю здесь во всей его неприкосновенности.

“С 1865 года, — так пишется в этом доку­менте, — земские собрания и комитеты народ­ного здравия почти во всех городах и уездах империи стали принимать меры против ожида­емой в 1866 году эпидемической холеры. Земс­кое собрание Торопецкого уезда, имея в виду, Псковский губернии что в 1830-м и 1848 годах в городе Торопце и его уезде холеры не было и зная твердую веру народа в милосердие Божие, не делало посему никаких особых распоряжений. Между тем Псковская земская управа просила Торопецкую сообщить ей, какие меры принимаются ею в случае появления эпидемии. Члены Торопецкой управы, сознавая ответственность свою перед обществом в случае непринятия ими мер при появлении холеры, решились, по совеща­нии, отвечать так: хотя земским собранием ука­зания на сей предмет не сделано, Торопецкая управа просит Псковскую уведомить, какие распоряжения делаются по сему предмету в дру­гих городах губернии, дабы и она, в случае на­добности, могла сделать то же самое.

Когда составлено было такое отношение и писец Антонов стал переписывать его, то, на­писав, что “на принятие энергических мер к пре­дупреждению эпидемии указаний от уездного земск…”, поднял лист, чтобы посмотреть, хоро­шо ли им написано. В эту минуту сидевшие против него писаря — Кожевников и Черепен­ников — заметили на обороте листа какое-то неясное изображение.

Ты пишешь на картинке, — сказали они ему и, рассмотрев лист, увидели как бы тень или слабый отпечаток изображения какого-то свя­того, о чем тотчас же объявили секретарю Рай­кову, а он доложил членам управы.

Случилось это в феврале 1866 года. Молва распространилась, и желавшие видеть это изоб­ражение находили, что оно есть лик святого ве­ликомученика и целителя Пантелеймона, что впоследствии, по внимательном рассмотрении, оказалось действительно так.

Холера 1866 года, вырвав свои жертвы в ок­рестных уездах, и в этот, уже третий, раз мино­вала Торопец и его уезд; а в октябре того же года мощи святого целителя Пантелеймона[49] по­сетили Торопец.

Посему члены Управы, имея в виду:

1) что на единственной бумаге, в которой в первый раз управа выражала предположение человеческих средств против непонятной болез­ни, обозначился лик угодника Божия и цели­теля Пантелеймона;

2) что холеры в 1866 году в Торопце не было:

3) что бланк, или лист, на котором было написано отношение в губернскую управу, пе­чатанный в Москве, есть один из нескольких сот, имеющихся в управе, на котором оказалось изображение;

4) что мощи св. угодника Божия Пантелей­мона в тот же год посетили г. Торопец, —

постановили:

В память вышеуказанных событий лист с оттенком изображения угодника Пантелеймо­на просить освятить 14 октября и хранить в уез­дной управе, в воспоминание милости Божией и угодников Его, избавляющих город Торопец и уезд его от холеры.

Подлинное подписали: председатель упра­вы Петр Языков. Член управы Иван Харинский. Секретарь управы коллежский асессор Райков”.

https://infopedia.su/3x56df.html

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *