Протоиерей Александр Федосеев. Раскол

Расколом называется нарушение полного единения со Святою Церковью, с точным сохранением, однако, истинного учения о догматах и таинствах. Церковь же есть единство, и все бытие ее в этом единстве и единении о Христе и во Христе: «Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело» (1Кор. 12:13). Прообраз этого единства есть Троическое Единосущие, а мера – кафоличность (или соборность). Раскол, напротив, есть отделение, обособление, утрата и отрицание соборности.

Вопрос о природе и смысле церковных разделений и расколов был поставлен со всей остротой уже в памятных крещальных спорах 3-го века. Св. Киприан Карфагенский с неотвратимой последовательностью развил тогда учение о совершенной безблагодатности всякого раскола, именно как раскола: «Надобно остерегаться обмана не только явного и очевидного, но и такого, который прикрыт тонким лукавством и хитростью, как в выдумке врагом нового обмана: самим именем христианина обольщать неосторожных. Он изобрел ереси и расколы, чтобы ниспровергнуть веру, извратить истину, расторгнуть единство. Кого ослеплением не может удержать на ветхом пути, того сводит в заблуждение и обольщает путем новым. Восхищает людей из самой Церкви и, когда они видимо уже приближались к свету и избавлялись от ночи века сего, снова распростирает над ними новый мрак, так что они, не придерживаясь Евангелия и не сохраняя закона, называют, однако же, себя христианами и, блуждая во тьме, думают, будто ходят во свете» (Книга о Единстве Церкви).

В расколе и молитва, и милостыня питаются гордыней – это не добродетели, а противостояние Церкви. Их, раскольников, показное добро – лишь средство оторвать людей от Церкви. Врагу рода человеческого не страшна молитва гордого сердцем раскольника, ибо в Священном Писании сказано: «Молитва его да будет в грех» (Пс. 108:7). Диаволу смешны их, раскольников, бдения и посты, так как он сам не спит и не ест, но от этого не становится святым. Святитель Киприан пишет: «Можно ли думать тому, кто не придерживается единства Церкви, что он хранит веру? Можно ли надеяться тому, кто противится и поступает наперекор Церкви, что он находится в Церкви, когда блаженный апостол Павел, рассуждая о том же предмете и показывая таинство единства, говорит: едино тело, един Дух, якоже и звании бысте во едином уповании звания вашего; един Господь, едина вера, едино крещение, един Бог» (Еф. 4, 4 – 6)? Характерно, что раскольники считают все остальные расколы, кроме своего, гибельными и ложными, возникшими под действием страстей и гордыни, а свой собственный раскол, мало чем отличающийся от прочих, принимают как единственное счастливое исключение во всей истории Церкви.

Раскольники, проливая крокодиловы слезы по поводу «нарушения» канонов Церкви, на самом деле давным-давно бросили себе под ноги и попрали все каноны, потому что подлинные каноны основаны на вере в единство и вечность Церкви. Каноны даны Церкви, вне Церкви они недействительны и бессмысленны – так не могут существовать законы государства без самого государства.

Священномученик Климент, епископ Римский, пишет Коринфским раскольникам: «Ваше разделение многих развратило, многих повергло в уныние, многих – в сомнение и всех нас – в печаль, а смятение ваше все еще продолжается». Нераскаянный грех раскола еще страшнее греха самоубийства (самоубийца губит только себя, а раскольник – и себя, и других, поэтому его вечная участь тяжелее, чем у самоубийцы).

«Церковь едина, и одна она только имеет всю полноту благодатных даров Святого Духа. Кто и каким бы образом ни отступал от Церкви – в ересь, в раскол, в самочинное сборище, он теряет причастие благодати Божией; знаем мы и убеждены в том, что отпадение в раскол ли, в ересь ли, в сектантство ли – есть полная погибель и духовная смерть», – так выражает православное учение о Церкви священномученик Иларион (Троицкий).

Главная особенность дисциплинарно-психологических расколов, из которой выводятся все остальные околоцерковные движения, – это их возникновение в эпоху крушения социализма и в среде гибели массового атеизма. Поскольку еще не существует научной литературы, специально трактующей деятельность церковных расколов и новейших сект, представляется целесообразным кратко охарактеризовать ряд особенностей, отличающих их от традиционного сектантства.

Прежде всего дисциплинарно-психологические расколы распространяются преимущественно не в сельской местности, а в больших городах, с уплотненной культурной и образовательной инфраструктурой. Как показали исследования, наиболее питательную почву церковные расколы находят в среде специалистов со средним и высшим образованием. Отсюда – активная профессиональная ориентация новейших расколов: они пытаются религиозно осмыслить и «освятить» деятельность человека как специалиста. Именно специальность есть область наиболее интенсивного сектантского и раскольнического самосознания и самоопределения. Поэтому новейшие сектанты часто группируются по профессиональным признакам – разумеется, объединения такого рода могут включать и обыкновенных любителей, проявляющих интерес к данной профессии. Объединения раскольнического типа создаются среди писателей, историков, медиков, физиков, пытающихся дать религиозную интерпретацию фактам в своей предметной области.

Некоторые любят оправдывать раскольников, говоря, что тех будто бы вынудили отступить от Церкви какие-нибудь тяжелые обстоятельства – с кем-то из них плохо или несправедливо обошлись, обидели и т. д. Но эти оправдания не стоят и выеденного яйца. Так о них говорил свт. Дионисий Александрийский, в письме к раскольнику Новату: «Если, как говоришь, ты отделился от Церкви невольно, то можешь это исправить возвращением в Церковь по своей воле». Свящ. Павел Флоренский как-то сказал: «Я лучше предпочту грешить вместе с церковью, чем спасаться без Церкви». Флоренский хотел сказать, что только в Церкви спасение и что, покидая Церковь, человек совершает духовное самоубийство. Расколы рождались с победными криками, а умирали с глухими стонами, – Церковь же все жила! Приговоренная раскольниками к смерти, она существует, она полна духовных сил, она остается единственным источником благодати на земле.

Святые отцы признают возможность и необходимость врачевания раскола в духе церковной икономии. Святитель Василий Великий в Правилах из Первого Канонического Послания к Амфилохию Иконийскому указывает на особенности принятия кающихся из расколов:

«Например, если кто, быв обличен во грехе, удален от священнослужения, не покорился правилам, а сам удержал за собою предстояние и священнослужение, и с ним отступили некоторые другие, оставив Кафолическую Церковь, – это есть самочинное сборище. О покаянии мыслить иначе, нежели как сущие в Церкви – есть раскол… Крещение раскольников, как еще не чуждых Церкви, принимать; а находящихся в самочинных сборищах – исправлять приличным покаянием и обращением, и вновь присоединять к Церкви. Таким образом, даже находящиеся в церковных степенях, отступив вместе с непокорными, когда покаются, нередко приемлются вновь в тот же чин».

Очень метко определяет раскол Свт. Ириней Лионский: «Христос рассудит тех, которые производят расколы, – не имеющих любви к Богу и заботящихся больше о собственной выгоде, чем о единстве Церкви, по маловажным и случайным причинам рассекающих и разрывающих великое и славное тело Христово и, сколько от них зависит, разрушающих его, говорящих о мире и производящих брань». (Пять книг против ересей, 4.7).

Как мы видим из высказываний святых отцов и небольшого анализа проблемы расколов их необходимо врачевать, а еще лучше не допускать. Совершенно очевидно, что кроме личной харизмы очередного расколоучителя большую роль играет низкая духовная образованность его последователей, политические нестроения в государстве, личные мотивы. Настало время разработать масштабный проект по профилактике церковных расколов, охватывающий все возможные стороны данной проблемы. Совершенно необходимо создание некоторого органа, церковной структуры с обширными полномочиями, способной обеспечивать должный уровень мониторинга духовного состояния верующих и вовремя, на корню пресекать раскольнические движения в рядах Русской Православной Церкви.

Раскол – это реальная опасность не только целостности Церкви, но в первую очередь духовному здоровью раскольников. Такие люди добровольно лишают себя спасительной благодати, сеют разделение внутри единства христиан. Раскол не может быть оправдан ни с какой точки зрения: ни политические, ни национальные, ни какие иные причины не могут быть рассмотрены как достаточное основание для раскола. К расколу и его вождям не может быть ни сочувствия, ни понимания – с церковным разделением необходимо бороться, устранять, – чтобы не случилось чего хуже.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *