Преподобный Паисий Святогорец. Как нужно готовиться к молитве, в какую одежду нужно облекаться?

Геронда, как нужно готовиться к молитве?

Так же, как готовимся к Божественному прича­щению. Там Божественное приобщение, здесь Бо­жественное общение. Когда причащаемся, прини­маем в себя Христа, приходит Божественная бла­годать. В молитве мы постоянно общаемся со Хри­стом и иным образом принимаем Божественную благодать. Неужели этого мало?!

В причастии приобщаемся Тела и Крови Христо­вых, в молитве общаемся с Богом. Как перед при­чащением необходимо исповедоваться духовнику, так и перед началом молитвы нужно со смирением исповедоваться Христу: «Господи, я ничтожный че­ловек… Не стоит Тебе со мной возиться, но прошу Тебя, помоги мне». Так приходит Божественная бла­годать и открывается путь к общению с Богом.

Если человек не раскается и не исповедуется в смирении Богу, то останется неподготовленным. Возникает преграда, которая препятствует его об­щению с Богом. Дверь остается закрытой, и душа не находит покоя. Но если он скажет: «Согрешил, Боже мой», – то преграда падает или, лучше сказать, Бог открывает дверь и человек принимает благо­дать Божественного общения.

Геронда, я читала в «Лествице», что для мо­литвы нужно быть облаченным в одежду, в ка­кую облекается человек, когда собирается пред­стать перед царем. Что это за одежда?

Уничижать себя перед Богом и смиренно про­сить прощения за свои прегрешения. «Виновата, говори, Боже мой, я – неблагодарная, я огорчила Тебя. Прости меня». Но говори это с внутренним сокрушением, не внешне. Это та одежда, в которую нужно облекаться, когда беседуешь с Богом. Если этого нет, то ты как будто говоришь Богу: «Как дела? Ну, что новенького?» Если у человека, перед кото­рым мы прегрешили, мы должны просить проще­ния, то тем более нужно просить прощения у Бога за наши ежедневные прегрешения.

Это значит, геронда, что нужно думать о согрешениях, которые я ежедневно совершаю?

Прежде проси прощения у Бога за прегреше­ния, которые сотворила в течение дня, и уже потом думай о своей греховности в общем. Так ты сми­ряешься и уже потом начинаешь высказывать свои просьбы. Я начинаю молитву словами: «Боже, ми­лостив буди мне, грешнику». Повторяю это несколь­ко раз шепотом и потом начинаю творить молитву. Как-то я просил Бога, чтобы Он научил меня мо­литься. И тогда мне было видение юноши семнад­цати лет, который молился. Он привел меня в со­вершенное сокрушение! Он так плакал и молился, что я был изумлен и потрясен. Начинал с испове­ди: «Я неблагодарный, неисправимый…» Потом го­ворил: «Что я сам, находясь в таком состоянии, могу с собой сделать, Боже мой, если Ты не поможешь мне?». И потом начинал говорить прошения.

Геронда, часто во время молитвы я думаю о своих прегрешениях и поэтому не могу со­средоточиться.

Мы же уже говорили, что испытывать себя и исповедовать свои прегрешения нужно до начала молитвы, а не во время ее. А то получается уже не самокритика, а собеседование с тангалашкой. Пе­ред молитвой нужно подумать о том, что в нас не так, на это направить свой ум, настроить прицель­ную рамку, а потом… огонь!

Преподобный Паисий Святогорец. Том IV. Молитва

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *